+7 (495) 380-00-55

Хирохиде Хамашима: «Я представляю интересы Ferrari в Pirelli».

Надеясь решить проблемы с адаптацией к новой резине Pirelli,  команда Ferrari F1 пригласила к себе бывшего руководителя отдела разработки спортивных шин Bridgestone японца Хирохиде Хамашиму.

Каждое автоспортивное издание стремится заполучить японского специалиста в собеседники и выведать секреты его работы с итальянской командой. Очередной монолог Хамашимы появился сегодня на страницах  F1news.Ru.

«Я получил новую работу и теперь являюсь связующим звеном между командой и поставщиком резины, точнее, я представляю интересы Ferrari в Pirelli. Это совершенно иная работа для человека, который прежде сам участвовал в создании гоночной резины. В Pirelli разрабатывают шины и поставляют их Ferrari, а я буду оценивать их с позиции человека, который создает машины и участвует в их доработке. Это совершенно новый вызов.

Я мог бы работать в Bridgestone до пенсии, так что решение было непростым. Не могу сказать, что с легкостью покинул Bridgestone, но я благодарен Ferrari за предоставленную возможность и рад новому вызову.

Ferrari впервые обратилась ко мне в 2010-м, но я не мог покинуть Японию, поскольку в Bridgestone шел процесс реструктуризации. Тогда я отказал руководителю итальянской команды. Можно было подумать, что на этом всё и закончится, но, к моему большому удивлению, в 2011 году Стефано Доменикали снова мне позвонил. Я несколько месяцев размышлял над его предложением, к лету более или менее определился, но окончательное решение принял после Гран-при Японии.

Я много лет мечтал работать в Формуле-1, а на мое решение очень сильно повлияла моя мать. Она сказала, что я должен заняться тем, чем всегда хотел, ведь у меня остается не так много времени. Именно это подтолкнуло меня поехать в Италию. Теперь я должен изменить образ мышления, оценивая ситуацию с точки зрения команды.

Когда в чемпионате конкурировали несколько шинных компаний, неважно, соперничали ли мы с Goodyear или Michelin, наша задача состояла в том, чтобы производить резину, которая была бы лучше, чем у конкурентов. Именно на это мы направляли все силы: было важно быстро и эффективно поставлять шины командам. Затем Bridgestone стала монопольным поставщиком, мы привозили шины на трассы, а команды должны были максимально эффективно использовать их потенциал. Им было важно приспособить технику под нашу резину, поэтому могу сказать, что у меня есть некоторый опыт адаптации машин к той или иной резине.

Однако моя нынешняя работа отличается от той, что была тогда. Работая в Bridgestone, я участвовал в создании резины, поэтому обладал всей информацией о ней. Сейчас у меня нет этих данных, и я не знаком с философией Pirelli, и именно этому должен научиться. Это интересно, хотя и непросто.

Когда Паскаль Васселон перешел из Michelin в Toyota, я без проблем обменивался с ним информацией. У нас были нормальные отношения. На самом деле, здорово работать с теми, кто понимает поведение резины с точки зрения шасси, и мне кажется, что это действительно нам помогло.

Формула-1 никогда не была «формулой резины». Здесь самое главное - шасси, второе место по важности занимает двигатель, а уже затем, наверное, можно говорить о шинах. В Японии к гонкам относятся иначе - там считается, что эффективность резины играет самую важную роль, поэтому нам было сложнее заставить команды Формулы-1 прислушиваться к советам шинников. Надеюсь, мой опыт работы с резиной пригодится при конструировании подвески, работе с настройками и т.д.

Я впервые увидел шины Pirelli на тестах в Хересе. У меня ещё недостаточно информации, чтобы о чем-либо судить, и пока я не начну активно работать, я не смогу ничего сказать. Когда в чемпионате один поставщик, нужно научиться адаптировать машину к той резине, которую получают команды. Значит, я должен как можно больше узнать о шасси, чтобы добиться максимальных результатов от резины.

Пока я работал в Bridgestone, меня «защищала» компания, интересы которой я представлял. Теперь на мне лежит полная ответственность за команду, ведь что бы я не заметил или не сказал, это напрямую будет влиять на результаты Ferrari. Не поймите меня превратно  -  я хочу взять на себя эту ответственность. Хотя это очень сложная задача, я хочу поскорее приступить к работе».

Назад